ГлавнаяО группеДискографияФотоВидеоФорум
Поддержка проекта  Доска почета  Tokio Hotel ВКонтектеTokio Hotel TwitterTokio Hotel InstagramTokio Hotel Youtube
24.03.2017 - 1LIVE Talk (Кёльн, Германия).

Ведущий: Всем привет, Я Йорн Берн, и, когда я упоминаю мировых звезд из Германии, и, внимание, при этом близнецов, то все из вас, кому от 20 до 50, должны легко понять, кто сегодня будет моими гостями. Они стали известны в возрасте 15-16 лет, потом вернулись, и звучат сейчас немного по-другому, что понятно по их новому альбому, который вышел в начале марта. Добро пожаловать на 1LIVE Talk, Билл и Том Каулитц из Tokio Hotel!
Билл, Том: Привет!
Йорн: Рад вас видеть.
Том: Мы тоже.
Йорн: Насколько старыми вы себя чувствует теперь, после моего предисловия?
Билл: Доисторически древними. Дело в том, что я постоянно чувствую себя до 12-летним, то 99-летним.
Том: Зависит от ситуации.
Билл: Да, зависит от ситуации. Иногда я ощущаю себя маленьким ребенком, например, рядом с нашим барабанщиком, который женился и сам стал папой, и я иногда думаю, насколько это не про меня, и мне кажется, что мне все еще 12, и я совсем ни к чему не готов. А иногда появляется ощущение, что ты уже столько сделал и так много увидел, особенно когда люди говорят тебе, что выросли на твоей музыке, что чувствуешь себя дедом.
Йорн: Да, действительно, вы многое сделали. О новом альбоме Dream Machine, о жизни в Германии и ЛА, об Элиенс , и, конечно, об их особой связи друг с другом, будет наша часовая беседа с Биллом и Томом Каулитц из Tokio Hotel.


Полностью читать в Подробнее:


Йорн: Это была What If. Вы слушаете 1LIVE Talk с Биллом и Томом Каулитц. Отлично, что вы пришли! Как часто вы слышите эту песню по радио? 
Билл: Не так уж часто, на самом деле, потому что Tokio Hotel никогда не были темой радио. 
Йорн: Нечасто были на радио?
Билл: Нет, в Германии нас считают очень поляризованной группой, и не ставили нас, потому что боялись, что люди начнут переключать станцию, или что-то в этом роде. Хотя лично я считаю, что у нас много песен, которые, возможно бы, и стали радио-хитами, но нет…
Том: Самое смешное, и мне никто не верит, но даже с «Муссоном» у нас было не так много радио-трансляций. 
Йорн: Не могу поверить.
Том: Да, «Durch den Monsun», и тогда это было больной темой, потому что мы не попали в топ-10…
Билл: Мы никогда не были номером 1 на радио и не попадали в топ-10. 
Йорн: После того, как вы много думали об этом, вы сделали что-нибудь в новых песнях, чтобы на вас не вешали ярлыки, и чтобы проверить, зависит ли все только от названия.
Том: Да, на самом деле, мы много об этом думали и сделали так в Америке, и мы стали номером один с “Love Who Loves You Back” на Alternative.
Билл: Да.
Йорн: То есть все получилось?
Том: Да.
Йорн: Песня What If, которую мы только что слушали, с нового альбома Dream Machine, вышедшего в начале марта. Зачем вы выложили ее за три месяца до этого на youtube?
Билл: Нет, на самом деле, мы выложили отрывки всех песен…
Йорн: Какие-то части…
Билл: А полностью до релиза мы выложили Something New и What If. Something New вышла первой, потому что мы хотели, потому что мне хотелось, чтобы с нее начинался альбом, чтобы люди больше слушали музыку… Для нас это всегда было проблемой, люди всегда придумывали целую кучу историй про нас, им всегда было больше дела до моей прически, а не до…
Йорн: Ну, сейчас у тебя короткие волосы. Это важно для радио.
Билл: И очень многие люди совсем ничего не знали о наших песнях, потому что их не так часто крутили по радио, и мы просто хотели, чтобы люди услышали больше музыки с нового альбома, прежде чем мы начнем давать интервью или появляться на ТВ, заниматься промо. Так что мы подумали быстро выпустить как можно больше песен, чтобы люди сначала услышали музыку, прежде чем сплетничать о нас.
Йорн: Dream Machine ваш пятый альбом, у вас был прорыв с первым альбомом, затем вышло три… я насчитал, в общей сложности, 3 по-настоящему популярных первых альбома, и ваш предпоследний «Kings of Suburbia», вышедший три года назад, ощущался куда более электронным, и теперь альбом еще более электронный на мой вкус. Том, ты уже продал все принадлежащие тебе гитары?
Том: Нет, на самом деле, мы намного интенсивнее работали над этими альбомами, чем над прежними…
Йорн: Хорошо, я же не считаю…
Том: …но нужно сказать, что это уже не та классика с бас-гитарой и ударными, как это было раньше, и это уже не поп-рок музыка, все куда более электронно. Этот альбом мы писали сами, сами продюссировали и сводили, абсолютно все делали сами и использовали инструменты совсем по-другому. Большая часть из них запрограммирована, мы очень много делаем с помощью синтезатора, очень много продюсерской работы со звуком и его созданием и так далее, так что моя гитара уже не самое главное, никакой ритм-гитары, мы используем совсем другое, чтобы что-то подчеркнуть, гитара в новом альбоме звучит почти как сэмплы, хотя, конечно, это живое исполнение.
Йорн: Естественно.
Том: Конечно.
Йорн: Ты сказал, что вы писали альбом сами и так же продюсировали его сами, это было в первый раз, когда вы так поступили, и как все происходило?
Билл: С предыдущей пластинкой мы уже немного попробовали так сделать, а до этого нас постоянно контролировал лэйбл, и кто-то постоянно присутствовал в студии, мы всегда работали с одними и теми же продюсерами, а во время записи предыдущего альбома некоторые вещи мы делали абсолютно самостоятельно, хотя это не всегда подходит, должен сказать. С нами было около 5 людей, с которыми мы писали, это американские авторы, и мы с Томом в конце были очень нервными, нам все время приходилось искать компромиссы, некоторые вещи мы хотели сделать круче, но в студии нам приходилось считаться с людьми и их эгоизмом. Все это очень нервировало, и нам стало ясно, что нужно переключиться, и в этот раз мы нашли абсолютно новый лэйбл и партнеров, и сказали, что в этот раз в студию идем только мы, и больше никаких авторов, менеджеров и продюсеров…
Йорн: На вас оказывалось очень большое давление во время написания песен, не так ли?
Билл: Точно! 
Йорн: В начале они вам помогали и вели вас…
Том: Должен сказать, что раньше нам не хватало уверенности в себе, которую мы обрели во время записи, мы невероятно многое делали сами, например, Girl Got a Gun была написана и спродюсирована нами полностью… Так что да, у нас прибавилось уверенности в себе, так что к записи этого альбома мы чувствовали себя полностью готовыми все сделать самостоятельно. Самое главное, что мы могли это сделать в творческом плане. И, как Билл уже говорил, что тот альбом, который мы всегда хотели, это альбом мечты, и дело в том, что мы наконец-то смогли столкнуться с этим лицом к лицу, и выразить это в творчестве. 
Билл: … выразить это в творчестве. 
Йорн: Я часто слушаю ваш диск, и так же держал в руках буклет, и я прочитал список авторов, и вы там упоминаетесь постоянно…
Билл: Угу.
Йорн: А Густав и Георг, судя по всему, больше не сидят в студии, оба больше не относятся к Tokio Hotel, как они задействованы? Как уже говорилось, ваша музыка стала более электронной, многое делается с помощью компьютера, насколько они оба все еще важны?
Том: Оба, естественно, крайне важны, потому что, вообще-то, играют на бас-гитаре и ударных…
Йорн: Но ритм…
Том: Ритм, конечно, программируется, и их нет в списке авторов, потому что не так много песен можно написать, используя только бас и ударные, это лежит в самой природе вещей. Но они все играют вживую, вообще, на шоу все происходит довольно безумно, Георг (басист) и я стоим наверху, на площадке, и у нас в общей сложности около 6 синтезаторов, сэмплеры и очень много всего для программирования звука вживую, и мне приходится скакать от одного к другому, от синтезатора и клавишных к перкуссии…
Йорн: Становится понятно, что я просто обязан спросить, что же «живое» тогда остается, если у вас так много всего?
Билл, Том: Все играется вживую!
Том: Все играется вживую, подготовка к туру занимает у нас около 2 месяцев…
Билл: Нужно понимать, что на то есть технические причины. Мы пытаемся сыграть все так, как это было на пластинке, только вживую. Это значит, что и вживую есть, например, вся обработка вокала и эффекты, что есть в альбоме, все искажения и задержки воспроизводятся с помощью лайв-автотьюн, и это причина, по которой у нас на сцене 7 ноутбуков…
Том: …чтобы программировать весь звук, возвращаясь к теме Георга и Густава, Густав, у которого есть полный сет акустических ударных, чтобы подыгрывать, по крайней мере, на всех куплетах, в то время как мы с Георгом больше используем электронные ударные, чтобы воспроизвести звук с альбома, и это довольно сложно, потому что биты уже запрограммированы.
Йорн: Половина “Tokio Hotel” сегодня у меня в гостях, Билл и Том Каулитц. Как вы реагируете, когда люди говорят: «Tokio Hotel, что? Они еще существуют?»
Билл: Ну, вообще, должен сказать, что со временем мы стали куда более расслабленными. В каждой стране все по-разному. Например, в Германии к нам привлекалось очень много внимания, какого не было в других странах, поэтому и реакция в Германии совсем не такая, как в других странах. В Америке, например, мы считаемся очень крутой инди-хренью, а здесь мы мегакоммерционализированы…
Том:… и у людей здесь впечатление, что группы больше нет. То есть, у нас есть альбомы, но мы больше не делаем очень многих вещей, какие делали раньше, так что я могу понять, почему люди так реагируют, не видя постоянно наших лиц в газете Bild.
Билл: Что, кстати, очень хорошо. 
Том: Что очень хорошо, да. Нас не видят и думают, где же они.
Йорн: Вам уже 27, вы, действительно, занимаетесь музыкой уже 20 лет… невообразимо!
Билл, Том: Да.
Йорн: Или?
Билл: Нет, все верно. В этом ключе я никогда об этом не думал. Но все верно.
Том: Все верно, группе уже 17 лет, “Durch den Monsun” уже 12 лет, если не ошибаюсь, да, уже много времени прошло, за него можно состариться. 

Йорн: Когда вы четко определили, кто что делает, то есть Билл поет, а ты, Том, играешь на гитаре?
Билл: О, ну это сразу же было понятно. 
Том: Это сразу было понятно, да.
Билл: У нас в комнате была гитара, и Том сразу же за нее схватился, а я в любом случае всегда пел, прыгая на кровати, тогда я целыми днями слушал альбомы Нены, это даже были не диски, а кассеты. И тогда мне сразу стало ясно, что я хочу петь. Так что такого вопроса даже не стояло.
Йорн: И затем наступил прорыв, о котором мы все помним (играет “Lebe die Sekunde” Devilish). Первый хит от Tokio Hotel, которые тогда еще не были Tokio Hotel.
Том: Эту песню мы написали для конкурса, нет? Это был… этот, или нет?
Билл: Нет!
Том: Нет, не так. “Lebe die Sekunde” была…
Билл: “Lebe die Sekunde” была одной из первых песен, которые я написал, и которую мы полностью обновили для первого альбома, хотя, конечно, эта версия более крутая. 
Том: Точно. Она более панковская.
Йорн: В целом не очень много общего осталось между…
Билл: Не очень много.
Йорн: …той версией и этой. Но это было не единственное ваше достижение, вы тогда уже выступали на городских фестивалях. Думали ли вы о том, что у вас получится всю жизнь заниматься музыкой?
Том: На 1000 процентов да, так было всегда, номы даже не могли себе представить, что все будет так. Тогда, в Магдебурге, мы выступали в каких-то забегаловках, на городских фестивалях, свадьбах, мы просто выступали везде, где была возможность…
Билл: Но мы все это безумно серьезно воспринимали…
Том: Да! 
Билл: У нас тогда были серьезные ссоры с Георгом, потому что у Георга были и другие занятия, для него это было очередным хобби, а мы с Томом так никогда к этому не относились. 
Том: Верно.
Билл: Группа была для нас на первом месте, мы воспринимали все очень серьезно, соответственно, никаких опозданий на репетиции…
Том: Точно. Действительно, этот мир был для нас безумно важен, но дело в том, что этот мир ограничивался Магдебургом, мы никогда не думали, что у нас будет договор со звукозаписывающей компанией, такое даже не предполагалось.
Йорн: Но затем произошло это, и вы стали известными (играет кусок выступления Билла с “It’s Raining Men” на Star Search 2003). Star Search!
Том: Да, приблизительно так.
Билл: Ага!
Йорн: 2003. “It’s Raining Men”. Понятно, вы были очень юными, но что ты можешь сказать в свою защиту по поводу “It’s Raining Men”?..
Билл: На самом деле, я хочу сказать, что всегда считал безумно классным, что у меня было столько уверенности в тринадцать лет, думаю, что сейчас я бы не отважился на такое. 
Йорн: Почему нет?
Билл: Не знаю! Я думаю, что, на самом деле, тогда я выбрал именно эту песню и хотел спеть именно ее, для чего в тринадцать лет требовалось немного мужества…
Том: Ага.
Билл:… дело в том, что в детстве у тебя полно какой-то расслабленности. Иногда я оглядываюсь назад на несколько лет и думаю, как здорово, что я на это отважился, несмотря на то, что я был таким маленьким. Я думаю, что взрослые обременены постоянным страхом, обдумывают все по 20 раз, а в детстве просто не делаешь так. Я помню, что тогда просто с удовольствием пел, и мне было насрать, что там скажут другие люди. Помню, что когда вышел в этом аутфите…
Йорн: Именно это я и нахожу удивительным во всех подобных конкурсах, что я смотрел, не только Star Search, всякие кастинг-шоу, которые развивают различные таланты, а это был музыкальный конкурс среди детей и подростков…
Билл: Да.
Йорн: … в котором ты принимал участие. Я посмотрел его и, должен сказать, что для такого возраста у тебя большая уверенность в себе во время выступления.
Билл: Абсолютно, да.
Йорн: Откуда она?
Билл: Я не знаю! Я могу сказать, что моя мама, например, тогда постоянно говорила, когда я ехал на кастинг: «Нет, не делай этого! Я знаю, что это твое хобби, и ты с радостью все это делаешь, но тут есть люди с настоящим талантом!» Я думаю, она хотела меня немного защитить от разочарования, когда я сразу же вылечу, и даже когда программа началась, и там были мама и Том, и все думали: «Что, ты прошел дальше? Попал в 16 лучших?» Все были очень удивлены. Самое странное, у меня самого никогда не было даже никаких сомнений. Для меня все было предельно ясно – я всегда хотел на сцену – и у меня было 3 минуты времени, и это мой шанс. Мы были из деревни, где живет 600 человек, и все эти звукозаписывающие компании, менеджмент и телевидение, все это было так далеко, и я знал, что у меня будет только один шанс и три минуты, и я не мог дождаться, чтобы их использовать. Это был тот день, который я всегда ждал, чтобы показать людям свою музыку и свою группу, я тогда запер съемочную команду в нашей репетиционной. Это было для меня…
Йорн: Запер?
Билл: Да! Это было шансом привлечь внимание к моей группе, так что я просто вышел на сцену, и мне было все равно.
Йорн: Понятно, в том возрасте ты был очень уверенным в себе. Я так же читал, что, Том, ты сделал дреды в 9, еще до того, как с помощью и их, в том числе, позже ты стал настолько узнаваемым…
Том: Да.
Йорн: Вы оба из деревни недалеко от Магдебурга, ваши родители были хиппи или что-то в этом роде? Ты, Билл, говорил, что ваша мама не верила в вас в самом начале… Как так получилось, что вы выглядели настолько вызывающе… в 12?
Билл: К этому была некая предрасположенность. Наша мама – художник, она рисует, наш отчим сам занимается музыкой, он играет в различных группах и постоянно в разъездах, так что мы всегда могли выражаться в творческом плане. Наши родители всегда нам говорили, что все круто, ездили с нами на выступления, когда нам куда-нибудь нужно было …
Том: Но, на самом деле, откуда эта вызывающая внешность взялась, я сам не знаю, возможно, это из-за этой близнецовой штуки – мы всегда очень хотели отличаться друг от друга. Так что мои дреды и широкие футболки в 10, и Билл с его растрепанными волосами и челкой и очень узкими для того времени штанами… Скорее всего, это из-за того, что мы хотели максимально не быть похожими друг на друга, не выглядеть, как близнецы, я думаю, все из-за этого. Но все это было не очень просто, в деревне, в которой мы ходили в школу, все это было не очень весело…
Йорн: Да, как к вам относились?
Билл: Это был кошмар. Я могу сказать, что теперь, оглядываясь на то время, я понимаю, что мы сами себе не делали жизнь проще. Когда ты становишься немного постарше, ты думаешь: «Зачем ты, вообще, все это делал?» Но для нас это было… Я просто хотел так выглядеть, красить ногти, укладывать волосы, и так далее, из убеждения я ходил так в школу. Это было похоже на войну, в некоторой степени. 
Том: Да, если вспоминать про школу, то это была ежедневная война.
Билл: Да. 
Йорн: Почему именно так?
Том: Потому что, ты постоянно находишь в стрессе, когда идешь по деревне, когда сидишь в автобусе, в тебя могут что-то кинуть, могли регулярно колотить…
Билл: Да. Если мы были вдвоем, то еще как-то, но по одиночке ходить вообще нельзя было. У нас регулярно были такие ситуации, что нас приходилось забирать с собакой и бейсбольной битой, все это было очень напряженно тогда…
Йорн: С бейсбольной битой?
Билл: Да!
Том: Да, то, что тогда было в деревне, среди подростков была еще эта тема с левыми и правыми, и…
Билл: Да, все было очень напряженно. И когда я начал ходить с мэйк-апом, было нереально много людей, которые были против. 
Том: И они перестали считать Билла парнем…
Йорн: То есть, вас, очевидно, запугивали?
Билл: Не-не-не…
Йорн: Ваша мама, как вы уже говорили…
Билл: Все это было не просто. У нее были разговоры с всякими советниками по делам молодежи, были люди, которые забирали нас из школы, так что у нас был постоянный стресс. Каждую неделю в школе были собрания, и она должна была ходить на них, были учителя, которые не хотели нас учить, было сложно, и мы не могли ничего поделать. 
Йорн: Меня зовут Йорн Берн, вы слушаете 1LIVE Talk, и моими гостями являются гордые победители номинации «Лучшие ученики дистанционного обучения 2009» Билл и Том Каулитц. До этого мы обсуждали проблемы в школе, которые, конечно же, исчезли, когда вы стали известными, вы бросили школу, но позже закончили обучение в реальной школе (Realschule). (прим. пер. – опуская всю сложность системы образования в Германии: есть 4 вида школ, самыми крутыми считаются гимназии (Gymnasium), в одной из которых близнецы и учились, пока не бросили школу. Когда они решили получить-таки среднее образование (равнозначное российскому незаконченному высшему (1-2 курс университета)), то учиться очно они уже не могли по объективным причинам, поэтому они дистанционно окончили реальную школу (похуже гимназии), поскольку гимназии просто не предоставляют возможность дистанционного обучения). Это было ваше собственное желание, или вы сделали это для мамы?
Билл: Это было для мамы. 
Том: Это больше было для мамы, да. 
Билл: На самом деле, все было так: мы долгое время отдыхали, год, я думаю, потом еще год, и нам исполнилось 18, и можно было уже не ходить в школу, но потом мы решили, ок, мы все-таки лучше доведем это дело до конца. Около двух недель мы быстро прошли и нагнали всю программу…
Йорн: Это было очень сложно, и вы многое выучили…
Том: Конечно… Нет! Я имею в виду, что хорошо, что мы оканчивали образование в реальной школе, потому что до этого мы уже долгое время учились в гимназии…
Билл: Точно. И мы очень интенсивно занимались. То есть, мы учились две недели, которые мы освободили от всего, закрылись в номере отеля, зарылись в учебники и тетради, и через две недели мы все нагнали, а еще через неделю сдали экзамен и…
Том: Точно.
Билл: Да. 
Йорн: Кто сдал лучше?
Том: Я думаю, я сдал лучше.

Билл: Да, я думаю, Том сдал немного лучше, может быть. 

Йорн: Конечно, вы должны были это сделать. Песня и видео вышли летом 2005 года, в клипе был мальчик с короткими, черными волосами и ярко-накрашенными глазами, а песня была… да, о дожде. «Durch den Monsun», как вы утверждаете, не транслировалась по радио…
Том: Я имею в виду то, что она транслировалась, но не так часто. Просто мы 8 недель были номером 1, то есть, соответственно, если сейчас песня 8 недель на первом месте, то ее можно услышать на любом радио по всей Германии, а мы тогда, да и все люди из звукозаписывающей компании очень волновались, что нас так мало крутят по радио, а с тех пор, вообще, никогда. Да, у них и раньше не было желания ставить нас.
Йорн: Расскажите, как все было, то есть вы… когда со «Star Search» у тебя, Билл, не получилось…
Билл: Угу.
Йорн: …вы продолжали выступать, вас нашла звукозаписывающая компания, затем вы подписали контракт…
Билл: Точно.
Йорн: …Затем тот контракт разорвали, но вы заключили его с другой компанией…
Том, Билл: Да.
Йорн: … и все для вас продолжилось.
Том: Точно. Да, сначала мы заключили контракт с Sony, после чего мы два года… В общем, мы два года провели в студии, нам нашли продюсеров, по огромной случайности, они захотели с нами заниматься музыкой, провели два года в студии и записали первый альбом. Мы все еще учились играть на инструментах, так что в самом начале мы только и делали, что репетировали, писали песни, и учились работать в студии, смотрели, что и как там работает. Мы записали первую пластинку, и затем с ней, с этими песнями, отправились в звукозаписывающую компанию…
Билл: … и дали послушать их Sony, их директор на тот момент был нашим большим поклонником, мы ему очень нравились, он нашел альбом суперским, и был на нашей стороне, а затем Sony и BMG…
Том: Слились.
Билл: Да, произошло слияние, и он потерял свое место, а новый шеф сказал: «Да вы с ума сошли! Никакого контракта», и это было очень дерьмово, и никто не хотел с нами работать и платить нам... 
Йорн: А «Durch den Monsun» тогда еще не было?
Билл, Том: Напротив, уже была. 
Йорн: Но вы уже…
Билл: Точно. Первый альбом был полностью готов, его уже все послушали. Они тогда подписали контракт с другой немецкой группой, не скажу, с какой…
Йорн: С какой?
Билл: Нет, я не скажу, это не сработало. И тогда в Universal, с которыми мы уже ранее разговаривали, сказали: «Ну, ок, раз они не хотят, то мы вас…»
Том: «…возьмем…»
Билл: «…возьмем.» 
Том: Но на худших условиях.
Билл: Точно, на гораздо худших условиях.
Йорн: Но вы тогда уже были Tokio Hotel?
Билл, Том: Да. 
Билл: Да, и они нас взяли, дали 10 000 евро, и…
Том: …Сняли музыкальное видео, точно.
Йорн: То есть, в итоге, получилось так, как Том сказал, вы 8 недель были на вершинах немецких чартов. Вы были везде и продолжительное время. Я посмотрел архив, все первые живые концерты были летом 2005 года, это были каникулы, но вы были там в ноябре, вы были там в апреле, получили настоящие призвание. Как вы прожили эти первые полгода, этот период от нуля даже не до сотни, а до тысячи?
Билл: Я даже не знаю. Первые полгода были просто очень крутыми, я думаю. Мы больше не должны были ходить в школу, нам было 15, и мы без конца пропадали на вечеринках, это были наши первые афтепати. Для нас это было невообразимо круто, мы могли пройти в любой клуб, нас пропускали, никаких проверок документов больше, ты был знаменитостью, и все хотели тебя видеть у себя…
Йорн: Но в 22.00 вам, конечно же, приходилось идти домой?
Билл: Да…
Том: Точно. 
Билл: Правда в том, что это было круто. Больше никакой школы и свободная жизнь…
Том: Я помню, это была одна из первых наших поездок, и мы остановились на заправке, и тогда компания заплатила за нашу еду впервые, и мы подумали…
Том, Билл: …«Как круто!»
Йорн: Бургеры на заправке?
Том: Они за все заплатили: Red Bull, бургеры, мясо, за все, сладости, все, что там было, но мы не могли купить сами, и мы нашли очень классным то, что за нас заплатила звукозаписывающая компания. И это было просто невероятные, волнующие полгода.
Йорн: И как вы, как вы… Мы только что слушали “Lebe die Sekunde”, песню, которая появилась еще в вашей предыдущей группе, а после выпуска первого альбома, появилось ли у вас право голоса?
Билл: Права голоса у нас, я должен сказать, стало безумно много. И из-за этого… Успех нам в этом помог, с первыми песнями мы прорвались вперед и стали требовать делать все, что мы хотели. Так что звукозаписывающая компания нас ненавидела, потому что непросто постоянно говорить, что нам делать, а мы этого не делали…
Йорн: и вам было только 16.
Билл: Точно. 
Йорн: С одним хитом…
Том: Мы были «неблагодарными маленькими засранцами».
Билл: Да, засранцами. Да, дело было в том, что у нас не было никакого понимания всего этого. То, что люди со стороны не всегда понимали, так это то, что мы были группой и до этого, имели абсолютно точное представление о том, что мы хотели делать, а что – нет, я имел абсолютно точное представление, как я хотел выглядеть, а как – нет. И правда в том, что мы не давали никому лезть в наши дела. И конечно тогда уже были люди, которые на собраниях компании предлагали то, что нам не подходит, они хотели другого, хотели, чтобы мы записывали другие песни, по-другому себя вели, выглядели по-другому, особенно, мои волосы привлекали много внимания, всё для мерчандайза, новые фотосессии, все это напоминало постоянную, серьезную драму!
Йорн: Но ведь есть и обратная сторона, если звукозаписывающая компания думает, что вам нужно делать так и так, то это хорошо для продаж…
Том: Нет, это всегда было нашим больным местом, никогда не было какого-то сценария по раскручиванию нас, но всегда были разговоры об этом, о том, что Tokio Hotel – полностью спланированный проект. А если объективно на все это посмотреть – тогда мы работали с людьми, которые сами тоже все это делали в первый раз. Ни у кого из них не было какого-то сценария, плана, звукозаписывающая компания просто инвестировала в нас 15 000 евро, мы сняли простое, дешевое видео, они просто хотели посмотреть, что будет дальше, и действовать в зависимости от этого, и вдруг все получилось.
Йорн: Мы с всемирно известными близнецами Биллом и Томом Каулитц из Tokio Hotel. Сейчас вы звучите немного по-другому, да, Билл?
Билл: Да, чуть-чуть, совсем немножко по-другому. 
Йорн: Совсем не так, как в начале.
Билл: Да. 
Йорн: Мы с вами уже провели тут полчаса, и видно, насколько вы хорошо ладите друг с другом, и как относитесь друг к другу, но бывают ли между вами ссоры? 
Билл: Не так уж и часто. Обычно, если мы серьезно ссоримся, то все остальные выходят из комнаты…
Йорн: Из-за чего же?
Билл: О, я даже не знаю… Большей частью, обычно…
Том: Большей частью, из-за группы.
Билл: Из-за группы.
Том: Типа, «то, что ты делаешь, я делать не хочу…»
Билл: Обычно, если есть какое-то недовольство, то оно одно на двоих…
Том: Точно.
Билл: Есть такие периоды, когда мы оба недовольны тем, что происходит…
Том: …и начинаем провоцировать друг друга.
Билл: …провоцировать друг друга. И действуем друг против друга. Иногда мы прямо на сцене ссоримся.
Йорн: На сцене?
Билл: Да, недавно в Лондоне на саундчеке мы начали спорить, и все сразу же ушли, прикрывая головы, потому что знают, когда близнецы ссорятся, тогда…
Том: Все были довольно шокированы и… надеялись, что после этого гитара еще работала.
Билл: Да! Нет, правда, мы редко ссоримся, все-таки мы живем вместе, мы вместе работаем, мы все делаем вместе, мы никогда не расставались больше, чем на 24 часа, и когда все-таки ссора происходит, все немного побаиваются, потому что ссоры довольно большие. Я и сам знаю, что они сильные, и не всегда…
Йорн: Это так же, как и c парочками – неприятно смотреть, как они ссорятся, и все выходят из комнаты…
Билл: Точно. 
Том: Да.
Билл: И еще из-за того, что мы в некотором роде база для всех остальных, все люди, которые находятся на сцене…
Том: Все очень раздражаются.
Билл: …раздражаются, потому что никто не знает «о Господи, и к кому из них мне теперь идти?». Георг и Густав все равно остаются полностью спокойными… и все это довольно сложно.
Йорн: Мы же обсуждали это ранее, насколько внешний вид важен для вашей группы и, возможно, для вас самих в приватной жизни, так кто из вас чаще смотрит в зеркало?
Том: Я бы сказал, Билл.
Билл: Да, я чаще, наверное… Но, я должен сказать, что в такие дни, как сегодня…
Том: На самом деле, Георг!
Билл: Да, должен сказать, что Георг делает это чаще. Но…
Том: Он из тех типов, который просит использовать побольше ретуши, когда мы делаем фото…
Билл: Верно. Да, должен сказать то, что не все это знают, но, когда речь идет о фотографиях и фотошопе, большая часть просьб идет от Георга.
Йорн: Ок!

Билл: Но, должен сказать, что в такие дни, как сегодня, например, то есть это день интервью, и я должен сменить 7 различных аутфитов, так что пару раз в зеркало посмотреть приходится. 

Йорн: Отлично, понятно. Я хочу сыграть с вами в небольшую игру. Поскольку вы так близки друг другу, я буду предлагать одному из вас сказать что-либо о втором, и тот прокомментирует, верно ли это. 
Билл, Том: Ок.
Йорн: Билл, назови одну из странностей Тома.
Билл: Одну из странностей Тома, о Господи, на помощь… А, у нас в команде есть человек, который всегда очень сильно заикается, и, когда Том поговорит с ним по телефону, после этого он тоже некоторое время заикается.
Том: Все верно, но он больше не в нашей команде, и все прекратилось.
Йорн: Но не из-за этого?
Том: Нет. Конечно же, из-за этого, мы его выгнали! Да нет, просто больше не работает с нами.
Йорн: Ок. Том, чего не может Билл, хотя, возможно, сам он думает по-другому?
Том: Боже, Боже…
Йорн: Или не так хорошо?
Том: Водить машину. 
Билл: Да, верно. 
Йорн: Ты не очень хороший водитель?
Билл: Да, дело в том, что я больше не вожу машину, я уже около 8 лет не вожу. Однажды я попал в довольно-таки крутую аварию… Это было перед шоу, я ехал туда, и в меня врезались, машина пару раз перевернулась, все это, конечно, было очень круто. Со мной ничего не случилось, но с тех пор я ни разу не ездил с удовольствием, хотя я невероятно хороший водитель. Но, конечно, сейчас я уже в этом немного не уверен, поскольку я уже восемь лет не вожу.
Йорн: Ну да, уже 8 лет, ок. Билл, какой у Тома любимый музыкант или любимая песня сейчас?
Билл: Любимый исполнитель… Ему нравится Чет Фэйкер, а песня – “Talk is cheap”. Одна из песен, которые…
Том: Вау, ты заметил, посмотрите-ка! Да, верно.
Йорн: Ок.
Том: Это любимая. “Talk is cheap” Чета Фэйкера. 
Йорн: Ты удивлен, что он заметил?
Том: Да, потому что эта песня и Чет Фэйкер…
Билл: …я ее слышал…
Том: Билл не часто такое слушает. Возможно, я просто часто говорил об этом, поэтому он заметил.
Йорн: Том, где или какое любимое место Билла?
Том: Мальдивы. 
Йорн: Мальдивы?
Билл: Да. 
Йорн: Почему?
Билл: Для отдыха – безусловно. Для меня… мы просто очень много работаем, и, когда отдыхаем, хочется такое место, где бы, вообще, ничего не происходило…
Йорн: Где ничего не происходит…
Билл: Вообще, ничего, точно.
Йорн: Для отдыха это необходимо, я думаю.
Билл: Да, и я очень люблю, когда абсолютная тишина, и можно две недели ничего не делать. Еще лучше, когда никакого интернета…
Том: Очень маленький остров, который можно обойти за 5 минут…
Билл: Точно. Только есть и валяться на солнце, где-нибудь на пляже. И ничего не делать. 
Йорн: Ну, понятно. Теперь фанаты знают, куда бежать бронировать номер. С этого момента, Мальдивы – популярное место. Билл, какой у Тома самый большой страх?
Билл: О Боже, помогите… Ок, его самый большой страх – то, что с его собакой, Каппером, что-то случится. О нет, я назвал его имя!
Том: Полный идиот.
Билл: То, что с его собакой, Pflaumensaft (сливовый сок – прим.пер.) что-нибудь случится! То, что с его собакой что-то случится, да… Он становится постарше, и этот страх постоянно преследует Тома, потому что он очень чувствительный, то, чего, возможно, многие не знают, но он очень-очень чувствителен, и с людьми, и, в особенности, с животными, и его собака очень глубоко в его сердце, я не знаю, как он выдержит, если что-то случится, тем более пес становится старше и у него артрит, все это Том очень близко к сердцу воспринимает.
Том: Да, Билл прав. Он мне как сын. 
Йорн: Ок. И теперь мы знаем имя, о нет!
Том, Билл: Нет-нет!
Йорн: Места отдыха, имена животных, теперь все становится, конечно же, тяжелее. Том, какое у Билла самое большое желание? 
Том: Боже. У него их много… Самое большое желание, по крайней мере, в профессиональном плане это основать собственный фэшн-брэнд. А, вообще, очень много планов и целей, и… я думаю, отлично, если это все-таки случится. Так что это одно из самых больших его желаний, да. А в личной жизни, я думаю…
Билл: В личной жизни…

Том: В личной жизни у него другие желания, да, он хочет вступить в брак. Но это слишком скучно.

Йорн: Но, что касается денег, я так понимаю, в этом плане все нормально?
Том: Нет, у человека, определенно есть цели и планы, которые он хотел бы осуществить…
Йорн: Нет, нет, все понятно, я хотел задать следующий вопрос, насколько важным является денежная сторона?
Том, Билл: Это зависит от того, как человек хочет жить.
Билл: Это зависит от того, как человек хочет жить. Например, мы, конечно, тратим очень много денег, не только на самих себя, но и на наше дело. Каждый, кто видел наше шоу, знает, как много денег мы на него тратим, мы не просто едем в тур, чтобы набить кошельки, мы очень много денег тратим, чтобы устроить людям такой день, который они еще не скоро забудут. Огромное количество подготовки, чтобы все выглядело по-настоящему круто, действительно, нам нужно позаботиться об очень многих вещах, но, что касается денег, то это такая вещь, которой никогда не бывает слишком много.
Том: …не бывает слишком много, да. 
Йорн: Скажите, почему вы еще не купили ту автобусную остановку с вашей родины и не выставили ее на аукцион?
Билл: Понятия не имею.
Том: С ней же что-то случилось?
Билл: Да, ее хотели выставлять, как экспонат.
Том: На выставке.
Билл: На самом деле, это вторая или третья по счету, потому что какие-то люди разбивали ее несколько раз…
Том: В ярости.
Йорн: Но было время, когда вы были супер-успешны и могли продать ее с молотка. Вы слушаете 1LIVE Talk с Биллом и Томом Каулитц . В той деревне вы уже не живете, вы уже 7 лет как переехали в Лос-Анджелес, конечно же, вместе. Можете немного рассказать, как выглядит ваш дом там?
Билл: На самом деле, мы в ЛА уже 4 раза переезжали.
Том: 4 раза, так много?
Билл: Да. Между тем, у нас всегда довольно большой дом, где мы живем вместе, собаки постоянно бегают кругами… У нас была охотничья собака, которая могла по пять-шесть часов носиться, сейчас у нас их только двое…
Том: Да, только две, у нас часто бывают друзья и семья…
Йорн: Почему вы так часто переезжаете?
Билл: Когда мы только переехали в ЛА, это было решение по наитию, потому что мы должны были спастись, и мы быстро туда переехали, никого там не зная, мы просто по интернету нашли дом.
Том: И это было не очень круто. Я думаю, для того времени это было хорошо, потому что мы просто хотели спрятаться, не было никакого желания социализироваться или с кем-то встречаться, но потом…
Билл: И нас это не особо волновало, потому что в то время мы должны были уехать в тур, но та часть города была не очень подходящей, и, когда мы вернулись, мы переехали в ту часть города, в которой хотели жить.
Том: В которой хотели жить. 
Билл: Я не скажу, где это. 
Йорн: Ок. В ЛА есть такое клише, что каждый выглядит так, будто вот-вот станет актером, а ваши соседи знают, что вы поп-звезды?
Том: Нет, мы, вообще, никогда не видели своих соседей.
Билл: Мы никогда не видели соседей. И это прекрасно, в ЛА ты можешь, что для нас особенно хорошо, в городе ты можешь очень здорово спрятаться. 
Том: И здорово, что каждый думает только о себе, и никому нет дела, чем ты занят…
Билл: Мы, действительно, никогда не видели своих соседей, я даже ни с кем, кто рядом живет, не разговаривал. Ты просто выезжаешь за ворота, и едешь, куда тебе нужно. Да, сейчас мы там живем, и это наш дом, мы там видимся с друзьями, и, конечно же, мы рады, что впервые можем вести взрослую жизнь, так что для нас это что-то типа родины. 
Йорн: В 2010 из-за преследований не только немецких фанатов, но и европейских в целом, в частности, французской фан-группы, вы переехали в ЛА и забрали с собой маму, я читал, что тогда, если вы хотели пойти в кино, вам приходилось снимать целый кинозал. Вы жили в доме с двухметровым забором, но все равно в какой-то момент в ваш дом залезли.
Билл: Угу.
Том: Точно.
Йорн: Как все это было?
Том: В то время, когда в наш дом залезли, у нас всегда куча народа стояла перед дверьми со всей Европы, СМИ и пресса тоже были повсюду. И, так получилось, что мы поехали праздновать наш день рождения куда-то за границу…
Билл: Точно. 
Том: И к тому времени, когда мы вернулись, мы поняли, что у нас отняли последние крупицы приватности, все было разворочено, и было такое чувство, будто тебя изнасиловали. И сразу же это место перестало быть домом, я помню, мы сразу же стали стряхивать пепел на пол…
Билл: Для нас сразу же встал вопрос, что мы сейчас должны делать. Мы понимали, что если мы просто переедем в другое место в этой стране, то все повторится вновь, все эти люди просто переедут с нами, куда мы бы не поехали. То есть, все это было бессмысленно. Все было просто безумно бессмысленно. И мы решили, ок, нам нужно куда-то, куда никто за нами не поедет, где мы сможем спрятаться. И это был ЛА.
Йорн: Как вы себя чувствовали в ЛА? 
Билл: Да, по началу все это было очень непривычно. Нам понадобилось время, чтобы осознать, что мы можем спокойно выйти на улицу. Сначала мы все равно нанимали секьюрити, потому что мы уже немного стали…
Том: Параноиками.
Билл: Параноиками. И постоянно всего опасались. Довольно много времени понадобилось, чтобы понять, что все хорошо, я могу абсолютно нормально сходить в супермаркет или просто выйти на улицу. И это ощущение жизни, сейчас я могу сказать, что был безумно рад этому. То, что мы нашли этот баланс и могли… я думаю, если бы этого не произошло, группы уже не существовало бы.
Йорн: У вас всегда было много фанатов, но уже тогда было и много хейтеров, было много ненавистнических вещей, множество статей, за которые, в основном, ответственен Bild, о вашей внешности, были спекуляции с сексуальной ориентацией и так далее. В какой момент вы поняли, что вы, возможно, являетесь примером для людей, что есть вещи, которые вы бы хотели показать, но не стоило этого делать?
Билл: Сейчас я понимаю это больше, чем тогда. Тогда для меня это было само собой разумеющимся, хотя я совсем не понимал, почему для всех эта такая важная тема, то есть я чувствовал себя нормально с этим. Я не чувствовал себя как-то непривычно, я всегда надевал те вещи, которые мне нравились, и почему люди что-то об этом говорили, мне было абсолютно непонятно. А теперь я понимаю намного больше, что эти люди… Что у каждого есть своя роль и, каждый ратует за что-то, и люди следуют за кем-то. Сегодня я совсем по-другому это воспринимаю. И мне все это приносит гораздо больше удовольствия, когда сейчас я встречаю фанатов и людей, которые говорят, что из-за меня или из-за музыки добавили себе уверенности в своих силах или сделали что-то, выбрали профессию, стали кем-то. Сегодня все это намного приятнее. 
Йорн: Какую цитату, только одну строчку, вы бы хотели прочитать?
Билл: Tokio Hotel выиграли сегодня Грэмми. 
Том: Да. Или Tokio Hotel с новым синглом попали в топ-10 Airplay. 
Билл: И это тоже.
Йорн: Вы, конечно, многое для этого сделали, новый альбом “Tokio Hotel” называется Dream Machine, и сейчас они отправляются в тур, Билл и Том. Удачи вам в нем! Здорово, что были сегодня с нами.
Билл, Том: Спасибо большое!
Йорн: Это был 1LIVE Talk, если же Элиенс пропустили передачу, подкаст будет завтра на 1LIVE.de, меня зовут Йорн Бер, я желаю вам спокойной ночи и хороших новостей, и последнее слово, как обычно, предоставляется гостям. 
Билл: Мы тоже желаем нам хорошего тура…
Том: Мы желаем хорошего тура, спокойной ночи… мне и хорошего сна, потому что я устал.
Билл: Да, тогда тебе лучше поспать, Том. 
Том: Спасибо!

Перевела
 Geschwisterchen специально для forum.tokiohotel.ru 
31.07.2017



Форум Tokio Hotel